Навигация
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Наши партнеры

Музруков Глеб Николаевич.
Ниндзя: воины - тени.

Глава II. По следу ночного воина.

«Открывая свои глаза, свой ум и свое сердце, ниндзя действует сооб­разно небесному предначертанию, приспосабливаясь к любой ситуа­ции, так что само понятие «неожи­данность» перестает для него суще­ствовать...»
Тосицугу Такамацу
33-й Соке Тогакурэрю нинпо

Пошли вторые сутки, как он сидел в ветвях дерева на­против вьезда во дворец Асикага в Киото и ждал. Стоявшие у входа охранники, менявшиеся каждою стражу даже не до­гадывались, что в 15 метрах от них, спрятавшись в густой листве, сидел не отводя глаз от ворот враг. Он сидел, не двигаясь уже больше двух десятков часов, слившись со ство­лом и ветвями дерева, в абсолютной неподвижности, урегу­лировав дыхание и равномерно напрягая и расслабляя мыш­цы рук и ног, чтобы они не затекли. Ему не было неудобно или непривычно такое положение, ибо он не ощущал себя человеком, а был лишь частью дерева, превратив свое тело в продолжение ствола и уподобив руки ветвям. Годами отец учил его технике Готтон-по (исчезновение в соответствии с теорией пяти элементов), входившей в искусство Шинби-ири (умение маскироваться и сливаться со средой) - одно из 13 основных искусств Хаттори-рю ниндзюцу. Мокутондзюцу - использование деревьев и кустарника в засаде позво­ляло ему не раз обманывать врага и исчезать под самым носом у преследователей.

Но сейчас он был деревом, его ветвями, листьями и ство­лом и ждал. Он ждал гонца с посланием, которое не долж­но было попасть по адресу, и поэтому его зоркие глаза в прорези серого капюшона были прикованы к воротам. Нако­нец послышался стук копыт, и на мосту через ров показался всадник. По эмблеме на куртке он распознал гонца, которо­го ждал. Не спуская глаз со всадника, он начал бесшумно спускаться по стволу. Густой кустарник скрыл его от страж­ников и вскоре он уже стоял на дороге, по которой только что промчался, пришпоривая лошадь, гонец с письмом. Сде­лав глубокий вдох, он соединил пальцы рук в странную фигуру и начал распевать монотонную фразу, то повышая, то понижая голос. Это продолжалось чуть больше минуты, за­тем он пошел вслед за всадником, постепенно ускоряя и ускоряя шаг, и вскоре с нечеловеческой скоростью бесшумно мчался по дороге, освещаемый лунным светом, напоми­ная дьявола - тенгу, ибо только дьявол мог бежать так быстро.

Йоситсунэ Миямото, наклонившись к голове лошади, бил пятками в ее бока, заставляя ускорить и без того быстрый бег. До утренней стражи послание Такаудзи Аснкага долж­но быть у его брата Кэйдзи, который, получив его, сразу выступит со своим отрядом в Камакура. Тут-то и придет ко­нец дому Ходзё и власти ненавистных сегунов, а править Поднебесной будет тот, кому волею неба принадлежало ис­покон веков это право - император Годайго-тэнно. Уж он-то Йоситсунэ не опоздает, и доставит послание вовремя, неда­ром его, несмотря на молодость, приблизил к себе Асикага, значит доверяет он Миямото, а это высшая честь для него!

Не слышал, да и не мог слышать поглощенный честолю­бивыми мыслями молодой самурай, как за его спиной появи­лась черная фигура, которая с каждой секундой приближа­лась, догоняя скачущею лошадь. Мгновенье - и в руке у черного воина заблестела раскручиваемая цепь и Йоситсунэ Миямото, захлестнутый поперек горла, страшно захрипев и хватая воздух руками, вылетел из седла, чтобы, упав со все­го маха на спину, тут же испустить дух. Ниндзя осторожно приблизившись, потрогал врага кончиком меча - мертв, за­тем, склонившись, отвязал от пояса убитого деревянный пе­нал с посланием и спрятал в складках одежды. Кинув по­следний взгляд на лежащее перед ним тело, он тихим сви­стом подозвал лошадь и, вскочив на неё, тронулся в обрат­ный путь, освещаемый беспристрастным светом Луны.

* * *

Когда же появились школы ниндзюцу в чистом виде? Первое, что следует отметить, это то, что в понятие «рю» - школа в древности, вкладывался совершенно иной смысл, чем в наше время. Постижение «хо» - высшего смысла тех­ники ниндзюцу, было возможно лишь в том случае, если уче­ник принадлежал к ити-мон - клану, в котором в лице Со­ке - прямого наследника традиции, сохранялась истинная техника данного направления ниндзюцу. По сути дела, та­кие кланы, ведущие происхождение от семей монахов-вои­нов «сохей» сложились уже к 1 тысячелетию нашей эры, хотя сами они еще не осознавали себя как школы ниндзю­цу. Начиная с падения в 1185 г. дома Тайра и установления Камакурского сёгуната во главе с Йоритомо Минамото основной политической силой в Японии стало сословие саму­раев. В связи с этим резко обострились противоречия между различными кланами самураев и вся Япония оказалась раз­дираемой мятежами, конфликтами и войнами князей друг против друга.
В такой обстановке возникла необходимость в квалифи­цированной разведке, которая могла в ряде случаев обеспе­чить решающий перевес одной из враждующих сторон. Ис­пользование шпионов было давно известно в Японии, благо­даря переводу на японский язык классических китайских текстов, одним из которых был «Суньцзы бин фа» - трактат о способах ведения войны. Высочайший уровень боевой под­готовки самураев в то время поставил перед разведкой не­сколько условий, без которых ее успешное функционирова­ние просто оказалось бы невозможным. Самым главным ус­ловием был профессионализм шпиона, который должен был не только уметь добыть нужную информацию, но и доста­вить ее по назначению, а это требовало прекрасной боевой подготовки и безукоризненной техники владения всеми ви­дами оружия и рукопашным боем (ведь противником был самурай!). Помимо этого шпион должен быть иметь незау­рядную психологическую подготовку, разбираться в страте­гии и тактике, знать секреты приготовления ядов и лекарств, обладать прекрасной памятью и... короче, список требований к подготовке древнего шпиона может занять несколько стра­ниц убористого текста. Поэтому неудивительно, что первы­ми профессиональными разведчиками в Японии стали пред­ставители сословия, обладавшего набором таких качеств - монахи-воины «сохэй». От поколения к поколению система подготовки изменялась в соответствии с новыми требования­ми и из оборонительной техники «сохзй», подобно прекрас­ному, но смертоносному цветку вырастали первые «рю» школы нпндзюцу. Во главе клана стоял ёнин - верховный наставник рю - хранитель традиции и секретов своей шко­лы, рядовые же ниндзя назывались гэнин и являлись пер­вичными элементами в структуре клана.

Все острей разгоралась борьба между князьями и их дружинами, привлекавшими на свою сторону различные кланы ниндзя, и к середине 13 века возникло уже около 20 рю, пользовавшихся известностью в военных кругах. Наи­более известными среди них были: Гёкко рю нинпо, назван­ная так в честь легендарного китайского монаха-люгай Чжао Гокая; Уесуги рю ниндзюцу, созданная Удзами Садаюки в районе Нигата по просьбе удельного князя Уесуги Кентина; Накагава рю ниндзюцу, созданная в Аомори мо-нахом-Ямабуси Накагава Кохаято; Мацумото рю ниндзю­цу; Кайдзи рю ниндзюцу, созданная Омипоками Кагэхидэ; Хагуро рю нинпо, названная так из-за того, что заслуга ее создания приписывалась клану Ямабуси с горы Хагуро в префектуре Ямагата; Мацуда рю ниндзюцу; Фума рю нин­по, созданная Фума Котаро, специализировавшаяся в орга­низации диверсий и политических убийств; Йосицунэ рю, со­хранившая в основном черты клана ямабуси; Кога и Ига рю - наиболее сильные ветви ниндзюцу, объединявшие по несколько кланов, своеобразным кланом был клан Негоро-рю Нинпо, специализировавшийся в применении взрывча­тых веществ и огня. Его ёнином был известный мастер Сугинобо Мёсан, прославившийся изобретением деревянной пушки. Практически каждый удельный князь старался при­влечь на свою сторону кланы ниндзя, чтобы обезопасить себя от аналогичных мер, принимаемых противниками. Так, волею судеб, многочисленные рю оказались вовлеченными в кровавые междуусобицы и борьбу за власть. Вполне естест­венно, что содержание самого искусства сильно изменилось, будучи подчиненным сугубо утилитарным, практическим це­лям. С одной стороны, это привело, в какой-то мере оскуде­нию учения, были преданы забвению некоторые ритуалы и традиции отвлеченного характера, но с другой стороны все методики, которые могли хоть в какой-то степени пойти на пользу для подготовки «сверхвоина» сделать его непобеди­мым и неуязвимым были развиты до высшего предела, мак­симума эффективности.

Достигнув в питательной среде междуусобиц и конфлик­тов своего расцвета, ниндзюцу быстро пришло в упадок пос­ле объединения Японии в период правления Ода Нобунага и Хидэёси Тойотоми. Большинство кланов, став «безработ­ными» прекратили передачу традиции и, уничтожив свитки с секретами школ, занялись ремеслом или торговлей. Остав­шиеся школы, не находя применения своему смертоносному искусству, пришли в упадок и потеряли былую эффективноеть. Утеряны были многие секретные методики, делавшие ниндзя неуязвимыми, а оставшиеся внешние аспекты скорее походили на традиционные «боевые искусства»-будзюцу, чем на целостною и грозную систему подготовки «воинов-неви­димок». Таким образом, ко времени реставрации Мэйдзи в 1868 году, ниндзюцу, когда-то наводившее ужас на самураев, стало лишь легендой-красивой сказкой с печальным концом.

далее

Новое на сайте
11.02.08 - Обновлен раздел "Download"
7.01.08 - Обновлен раздел "Download"
РЫклама




Rambler's Top100 Counter CO.KZ Яндекс цитирования
Dima Nevernyi © 2010   
X